текущий игровой период
зима
флешбек
1-49 день после пробуждения
настоящее
50-64 день после пробуждения
события
Обнаружены две новые локации: автомастерская на востоке и мотель на юго-западе. По крайней мере уже семеро выживших стали свидетелями странных явлений, природу которых они не могут объяснить. Это не оставляет сомнений в том, что в городе обитает что-то или кто-то кроме вас. Вот только что или кто?

РОЛЕВАЯ ЗАКРЫТА.
Спасибо всем, что были с нами.



Palantir Рейтинг форумов Forum-top.ruВолшебный рейтинг игровых сайтов


сюжет faq карта календарь погоды список выживших разделение труда занятые внешности правила шаблон анкеты поисковая акция квесты и запись поиск соигрока

RIDDLETOWN

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » RIDDLETOWN » Архив эпизодов » [52 день] Я вас не звал. Вода моя.


[52 день] Я вас не звал. Вода моя.

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

На 52 день после пробуждения, днём, мародёры Йен Эгвинн и Брук Рейнолдс отправились в сторону этого здания, чтобы добыть что-нибудь интересное. Отряд разведки людей из убежища вместе с Зоуи Т. Багвэлл тем временем так же находились в районе этого здания. Зоуи оторвалась от отряда совсем не на долго, когда обнаружила в куче ненужностей нечто примечательное. Именно в этот момент, в здании, её застали мародёры.

0

2

Небольшая группа из четырех человек выбрала самое разрушенное из ближайших зданий. Они должны были бегло осмотреть целые и не труднодоступные комнаты на предмет чего-то очень ценного и спешно покинуть их, им казалось, что здания вокруг вскоре начнут обваливаться, задевая друг друга, создавая цепочки кирпичных домино и превращая целостный организм набитого полезностями города в мусорку.
Бангладеш. В детстве, Зоуи из всех южных стран мечтала посетить Китай: увидеть тибетские храмы, попробовать чайные листы прямо с куста...После двадцати же, пределом ее мечтаний стала размеренная жизнь Индийских детей посреди бесконечной свалки и гашеная известь, завернутая в лист бетеля у десны. Разной жизни - разные растения.
Про растения почему-то вспомнилось именно сейчас. Мужчина из группы взваливает на плечо коробку с журналами и уходит прочь из комнаты. А Зоуи смотрит на горшок с землей, торжественно воздвигнутый на подоконник, сжимая в руке ножку от стула. Пустой. Кто-то умышленно поставил его сюда, или растение высохло и сгнило? Кто знает. Но рыжая могла бы возродить плодородную матушку-землю, засадить ее помидорками, каннабисом и киви. Нет, с киви переборщила. Главное - возделать всё, сделать из мостовых - поля. Тротуарную плитку пронзят кукурузные стебли и мир расцветет.
Ти-бэг мысленно рассмеялась, оценивая приливы ностальгического полубреда, еще раз вспомнила, что ищет лично для себя, и, переминувшись с ноги на ногу, как бы разогнав застоявшуюся кровь, вышла из комнаты и прошла глубже в квартиру по коридору. Еще две комнаты здесь и следующая квартира. Ничего путного так и не нашли: кипу журналов, две библии, сгнивший шоколад. Кто бы мог подумать, что шоколад может покрыться плесенью и сгнить? В этом пыльном мире только воду можно представить чистой. Остальное в памяти уже всплывает в состоянии легкой испорченности. Вот раньше: говоришь "сыр", и представляешь желтый кусок с дырками; Уже на 52ой день мы представляем полурастаявшее зелено-коричневое месиво из плесени и чего-то не до конца мертвого. Там есть даже пятнышки светло-желтые, в этом "сыре", скустки молока, наверное. Но почему-то любое отношение к еде у выживших пропало. Ни аппетита, ни воображения. Мы не хотим придумывать омаров, пока жуем томатный суп из банки, мы просто едим томатный суп и не морочим друг другу мозги. По крайней мере, адекватная часть людей делает так. Это еще одна причина, по которой Зой жалела о своем прошлом выборе, ей нужно было уйти, уложиться в кратчайшие сроки и найти себе крышу, а не искать книжки "кроме библии" для старше-младшего поколения "убежищных" крыс. Для тех, кто больше всех ноет о тяжести судьбы и неотвратимости бед. Ты нашел фасоль. Ты хочешь фасоль. Ты получаешь ничего. Еды слишком мало.
Еще одна комната без еды. Второй и третий разведчики тоже ничего не нашли, скорее они были заняты раздумиями о том, чтоб скрутить ковер и утащить его, но быстро переменили свои планы, ссылаясь на опасность возможной радиации, химичности тканей и прочей ерунды, наскоро придуманной только чтоб не тащить здоровенную бандуру туда, где она все равно никому нужна не будет. "Но ковер задавал тон всей комнате!" - Скажете вы. Увы, бетонным стенам и кучке трясущихся за свои хрупкие жизни людишкам уже мало что придаст уюта. Одеяла, лампочки, батарейки из техники - вот всё, что отсюда можно вынести. Но зачем? То же самое есть в домах поближе. В домах, которые выглядят менее ветхими, которые выдержат еще два-три набега оголодавших. Нет, на сегодня мы всё уже вынесли.
От чего-то подумалось, что под надзором остальных, сложнее будет найти плоскогубцы, иголки, хоть какие-нибудь таблетки и мыло. Эти вещи нужны были Зоуи отдельно ото всех, она не собиралась скидывать иголки в общак, ей казалось, что если еще раз с нее хоть кто-то потребует найденное ею, она взорвется и перегрызет горло осмелившемуся. Так что она специально нашла что-то, чем можно было бы откупиться от своего нового гражданского долга, мол, "я выполняю работу, я полезная, возьмите меня еще раз." И теперь она имела полное (по ее мнению) право на:
- Тащите это, а я пробегусь по последнему коридору и нагоню вас. У дверей не ждите, может, что-то притащу. - и двадцать минут гробовой тишины в ее кармане. Она могла просто посидеть и послушать мертвый город, побыть вдалеке от суетливых людей в бункере, найти что-то, что можно было бы оставить в закромах лифчика или сожрать на месте. Кажется, гул выжившей толпы из под земли доносится и до сюда. Хоть люди там и общаются шепотом, стараясь не тревожить друг друга, на мозги это капало значительно, да и в таким тихом окружении, любой шорох - тревога.
Бэг осматривает предпоследнюю квартиру. Можно было зайти в здание с этой стороны подъезда, и начать с этого конца, добравшись до ближайшего к убежищу выхода уже с находками, но пришлось бы обходить здание снаружи, нарываясь на кирпичи с крыши или обваливающуюся штукатурку.
Сквозь окошко из кухни в столовую видна полная бутылка воды. Стоит. Вся в своем глянцевом блеске. Чистейшая, прозрачная. Как Аполлон - симметричная со всех сторон. Искомая и желанная. О, да. Это оно. Снизошедшее благо от самих ангелов, богов, или кто там, наверху, в кого модно верить когда ты сидишь в свинцовой клетке, обдаваемый кислотными дождями и холодом. Рыжая, оперевшись на одну руку, перемахнула через межкомнатный портал и замерла. Среди этой тишины любой шорох - триггер, тревога, аларм. Но, нет, она не слышала шорохов их ходьбы. И она знает их обоих. Других людей здесь нет, увы. Легко запомнить лица людей, поступивших по-своему. Но мысль в голове Зой была только одна: "Почему я не услышала их?" И кто из них увидел бутылку первой? Кто первый прикоснется к ней? "Осалит"? Схватит и убежит? По каким правилам действует общество, постоенное на правилах антиутопии и патриархата? Девушка не смела прикоснуться к бутылке и чувствовала, что именно сейчас должно переключиться ее реле с "бегун" на "дипломат".
- Моё. - Пальцем указала на литровую бутыль. Отличная позиция, Зоуи Тереза. Вы, как никогда аргументировали свои планы на предвыборных дебатах. Вы мой фаворит.
Сказала утвердительно, но лицом отразила тень сомнения. Может, кто-то из встреченных ею выживших продолжит односложный диалог чем-то вроде "Нет." И тогда весь манифест рыжей коту под хвост. Их уже больше, а что если в здании есть остальные? Ножка стула где-то по пути выскользнула, сожители, наверняка, уже спускаются по лестнице домой. Хм, домой. Прошло почти два месяца, а мы говорим "домой." А ведь дом там, где чай, помидорки, каннабис и киви. И тишина.

+2

3

51-й день оставил после себя пустые карманы и странный сон, в котором реальность ощущалась на порядок острее, чем в одинаковой серости сменяющих друг друга дней бодрствования. В нём не было ни последовательного сюжета, ни стройной логики действий – лишь  тугой комок волнения и страха. И образ дочери, который стал первопричиной беспокойного пробуждения.
Напряжённые дни, через край наполненные борьбой с враждебностью окружающего мира, с бытовыми сложностями, с собой, в конце концов, сделали своё дело – притупили некоторые воспоминания и остудили былой пыл. Однако ночное видение вновь вдохнуло в грудь Брук свинцовую тоску, которая, в свою очередь, превратилась в твёрдую точку опоры. Кто сказал, что только положительные эмоции могут насыщать тело непоколебимой волей и упорством? Не сдаваться, не падать духом. «Если ещё есть хоть мизерная вероятность того, что она жива».
Надежда толкает вперёд, впрочем, её иногда подменяют голод и нужда – аве новому миру, повод не сидеть на месте есть всегда. В женщине же после первого месяца укоренилась потребность в действии, пусть даже в совершенно бестолковых вылазках, не приносящих ни провианта, ни даже мелких безделушек. Ноющие от долгой ходьбы и быстрого шага ноги, жалобное и требовательное урчание желудка, пересохшее горло – всё это было своего рода панацеей от очевидной беспомощности и слепого неведения. Миновало пятьдесят дней, но количество вопросов стало только больше, а еды и воды - меньше.
Время перестало ощущаться. Кажется, только у одного мародёра были часы, но точность их показаний не внушала доверия. Пасмурные дни и вовсе лишали возможности ориентироваться по солнцу. Когда Брук вынырнула из сна, то была уверена, что час ранний, однако же большая часть мародёров бодрствовала. Несколько взглядов пробежалось по Рейнолдс без особого интереса, лишь один человек кротко махнул рукой в знак приветствия.
Стандартный алгоритм действий: пошариться по собственным карманам, нащупать немногочисленные пожитки (точнее, убедиться в их сохранности), трепетно пробежаться пальцами по фотографии дочери -  последнее и вовсе превратилось в каждодневный ритуал. Вновь посмотреть на стоптанные в хлам ботинки и напряжённо выдохнуть. И, наконец, позавтракать. Зачерствевший хлеб, небольшое сморщенное яблоко и вода – трапеза для королей. Совсем недавно Брук не без беспокойства ощутила лёгкость своего тела, прежде несвойственную, а оттого ещё больше озадачившую. «Если и дальше с пайком будет напряг, то ноющее чувство голода – это только полбеды».
И будто прочитав мысли Рейнолдс, на горизонте вырос молодой человек по имени Йен с сопутствующим предложением выйти прогуляться. Мародёры сбивались в пары-тройки ввиду практической необходимости во время регулярных вылазок, поэтому слова англичанина (бог мой, этот типичный акцент не спутать ни с каким другим) очень даже попали в цель. Впрочем, Брук часто получала приглашения: рациональность в неравном поединке брала вверх над скромностью, ведь в обществе практикующего медика бродить всё как-то поприятнее.
- Если вдруг найдёшь обувь, дай знать. Как-то мне не улыбается перспектива тестить голыми пятками местный асфальт, ну или то, что от него осталось, - с этими словами Брук продемонстрировала оппоненту держащуюся на одном честном слове подошву, понадеявшись, что наглядная иллюстрация проблемы вызовет хоть какую-то участливость.
Шли преимущественно молча. Йен благоразумно прихватил по дороге какой-то кусок арматуры – вещь в быту бесполезная, но выглядела угрожающе. Если на первых порах Рейнолдс как-то и тянуло перекинуться парой-тройкой фраз, то чем дальше оставался за спинами склад, тем меньше возникало желания выжимать из себя общие темы для разговора. Сетования же на незавидное положение мародёров, да и выживших в общем, приелись до скрежета зубов.
Очевидно непрочные конструкции миновали, ограничиваясь беглым взглядом в пустые дыры окон. Всё мертво, серо и безжизненно – и картинка упорно не хотела меняться. До тех пор, пока бездонную тишину не нарушили голоса. Ни Брук, ни Йен к незапланированным встречам готовы не были, поэтому вовремя свернули, избежав столкновения лицом к лицу с отрядом из убежища (другие варианты просто-напросто отпадали). Сколько их, вооружены ли? Брук поискала на лице молодого человека ответы, но, разумеется, ничего не нашла в его спокойно-безразличном взгляде.
- Зря шли? Очень вероятно, что они уже всё зачистили там, куда мы направлялись изначально, – голос женщины не дрогнул, но Рейнолдс не обошло стороной чувство садняще-детской досады. Нет, не за еду. В группе удаляющихся не было детей, ни единого ребёнка. Значит там, где недавно были эти люди, нет единственно-главного для Брук.
- Ладно, давай проверим. Мы же оба знаем, что они не всегда ищут тщательно.
«Мы же оба знаем». Рейнолдс краем сознания зацепилась за довольно странную мысль. Разве у двух столь разных людей может быть что-то общее? Одинаковый звук сирен, одинаковое пробуждение в убежище и добровольное решение о вступлении в группу мародёров. У реалий нового мира определённо есть чувство юмора. Впрочем, куда как важнее найти другие ботинки.

офф

Оставляю тебе, Йен, право на обнаружение Зоуи. Чтоб всё по чесноку >]

Отредактировано Brook Reynolds (2016-02-25 23:07:52)

+1

4

Обряд пробуждения у Йена почти всегда был стандартный: открыл глаза и слушает кто и что говорит. У всех положение не самое лучшее, но никто этого не выставлял на показ. Не выставлял и Мышь, терпеливо отказывающий себе в простом удовольствии насытиться уже второй день. Дело не в том, что у него не было еды, была, но не так много, как хотелось бы. И неизвестно когда появится еще. Поэтому вся сноровка в этом деле применялась по назначению. Завтра надо будет перекусить.
А сейчас - доведенная на огне до кипения вода, чтобы проснуться и отогреть вечно холодные руки. Не без удивления обнаружил, что джинсы становятся чуточку великоваты.
- Прогуляемся? - Йен застыл перед Брук, ожидая положительного ответа. По сути можно было подойти к любому из мародёров и вызвать его на разведку. Откажутся редкие единицы.
- Мне бы ремень и всякой мелочи. Знаю одно здание, в котором еще могло что-то остаться. - поделился планами на день для ускорения процесса соглашения.
Женщина забила себе ботинки, продемонстрировав огромную, как показалось англичанину, проблему с подошвой. Он участвующе покивал. Собственно это все, что она сказала и Эгвинн ни капли не винил её за это, тоже смиренно помалкивая. Теребить женщину без видимых на то причин не имело смысла. Мало ли какие трудности её терзают.
Выйдя за ворота склада, парень захватил кусок внятной арматуры, опробовав её как клюшку для гольфа, характерно примерившись к её весу и размеру. Бережёного никто не бережёт, потому что бережёный сам себя бережёт. Такие дела.
Все было довольно таки грустно. Они с Брук шли и понимали, что эти дома уже давно обшарены подчистую. Их не только мародёры исходили вдоль и поперек, но и люди из убежища по два-три раза. Тем не менее, надежда не умирала. Может никому и в голову не пришло взять себе лишний ремень? Или пару женской обуви.. или любой обуви на шнурках. Мысли об этом прервали голоса. Йен сам не очень понял как так быстро они оказались в подобии укрытия: свернули, пригнулись и затихли. Сноровка, осторожность, неожиданность, быстрая реакция, желание остаться незамеченными и еще пара подобных "помощников" сделали свое дело.
Эгвинн сосредоточился на голосах, пытаясь понять кто именно из людей на вылазке, сколько их и что они собираются делать, выдадут ли на звук наличие оружия и, может, обсуждают добычу. Однако, ничего ценного услышать не удалось. Было три разных голоса. Да, 3 уже больше 2. Из этого дельного "договора" не выйдет. Даже с тем куском арматуры, что Йен крепко сжимал.
- Зря шли? Очень вероятно, что они уже всё зачистили там, куда мы направлялись изначально.
Мышь с горечью покивал, демонстрируя всё свое негодование и горечь утраты, не желая расставаться с мыслью, что и это здание можно причислить к списку полностью пустых. Однако, проверить стоило.
Дождавшись когда люди скроются из виду, Брук предложила то, что и Йен собирался предложить. Проверить.
- Да, пойдем. С нас не убудет.
Внутри здания Йен глядел во все глаза. От этого нужные вещи появляться, к сожалению, не стали, но за внимательность не бьют. Шаги делал осторожно, вглядываясь в тени и, наконец, вошел в столовую, которую опознал по наличию стола и стульев вокруг него и, конечно, помогло оконце, которое вело, кажется, на кухню. А на столе вода. Это победа. Если люди оставили бутылку воды на видном месте, значит здесь они не бывали и где-то рядом может быть кладезь нужных вещей. Победно улыбнувшись, Йен подмигнул Брук и не стал тут же хватать сокровище, желая сначала осмотреть комнату на предмет того, что можно взять, ни с кем не поделиться или продать. Поделить бутылку с Брук они еще успеют.
А потом, словно супергерой, в комнату через оконце из кухни ворвалась девушка из убежища, застав Йена за рассматриванием небольшой декоративной тумбы, в которой так услужливо ждала своего хозяина широкая атласная белая лента. Он тут же задавил гостью своим взглядом, вовсе не ожидая такого поворота событий, параллельно запихивая в карман находку.
- Моё. - выдала она и Йен хихикнул.
- Моя арматура против. - Мышь приподнял железку на чуть ниже уровня глаз, чисто для демонстрации аргумента.
Неразрешимая ситуация на лицо.
- Ты чего одна? - спросил, осмотрев деву с головы до ног. Да, он её знает, ей 19. Не очень хочется избивать юную леди ради бутылки воды.
Поручить это ответственное задание Доку? Врачи вообще могут избивать людей?
Парень посмотрел туда, где по его мнению должна была быть Брук, но она куда-то делась. Отличный напарник!
стычка один на один за воду? Этого допустить нельзя, поэтому пусть дама побудет некоторое время на расстоянии сначала вытянутой арматуры, затем - вытянутой руки от Йена.

+2

5

Троица, сопровождающая рыжую из убежища наверняка уже добралась до своего гнездышка, радуя стариков и детей найденными дрянными журналами. Советы для домохозяек, "Сад-Огород", "Построй свой дом сам" и прочий шлак про звезд, тренды, одежду и вкусную еду. В этом мире не ценится то, что раньше вызывало у всех глянцевый восторг. Деньги, которыми были набиты карманы Багвэлл перед сиреной, драгоценные камни, обеспеченность валюты золотом, металлические счета - всё это пыль. Разжигаем костер из страниц библии, терпим общество друг друга в надежде на скорый покой и давим, давим, давим друг друга невербальным манипулированием. Мы готовы подраться за спичечный коробок. У кого-то точно возникла идея о создании запаса рабов. Грязные. Одна группа предлагает другой рабочую силу, оплата продуктами сокращается до минимума. Найденные медикаменты не доходят ниже самопровозглашенных лидеров, превращаясь в особую валюту, а "рабочие группы" превращаются в разоруженное и раздетое пушечное мясо. Зоуи видит несколько исходов контактов меж группами и этот вполне устраивает ее. Отнестись к человеку как к бревну, травить за мнимые проступки, морить кого-то голодом (будто есть еще меньше чем люди едят сейчас вообще возможно) и угрожать, демонстрируя надуманную силу. Нужно лишь занять верную сторону, вовремя поцеловать чьи-то ноги и придержать подол из полиэтилена и мусорных мешков. Новая нация еще более уродливых людей. Содом и Гоморра - мир, в котором мы жили до этого.
Даже один такой индивид сейчас очень опасен. А он наверняка не один. Убежищных слышно с улицы и один мародер не сунулся бы в дом. Хотя...у него арматурина. Он может беззащитных разведчиков ей забить, обокрасть и незаметным остаться.
- Я могу предложить тебе партнерство, вместо того чтоб ловить арматуру лицом? - Вопросный ход повествования. Она осторожна,она строит гримасы наигранного сомнения, вопросительно сдвинув брови, улыбаясь, зажав одну руку в другой на уровне груди и нервно пожимая плечами в такт своей речи. Крыса крысой. Собака, готовая лизать зад тому, у кого в руке будет оружие посильнее. Никто и не говорит что это плохо. Может, все в этом городе скоро станут такими. Один дождь знает.
- Я одна, потому что не нужно следить за всеми глазами. Я одна, потому что я быстрее. И я хотела тишины.
Отходит от бутылки, показывая свое намерение договориться прежде чем что-то предпринимать. Если она схватит ее и попробует вернуться в убежище, беловолосый может ее догнать, пренебрегая дележкой территорий меж группировками. А если ее заметят свои, убегающую от мародера, достанется еще и от них. Пацифистическая направленность их решений всегда удручает рыжую. Мол, лучше не ссориться и отдать им то, что они хотят, но зато не быть избитыми молотками, дрелями или что там есть у них на складе. Мало кто понимает, что при должном желании и безбашенности, можно и камнем кому-нибудь перепилить череп за литр воды.
Что он и может с ней сейчас сделать. Просто ударить куском железяки и убить. За воду. Но он не один. Зоуи спасало два плана: он думает что это недостойно - убивать девушку; он слишком щюпленький и боится ее больше, чем она - его; найдя труп девченки, убитой руками мародера, остальные отвернутся от него как от убийцы, а он понимает этот расклад и не хочет портить себе репутацию. Большие шансы выжить, пожалуй.
- Я не до того преданна своей группе, не готова умирать ради литра воды, так что могу отдать тебе бутылку. Но без ничего остаться тоже не могу, они подумают что я нашла что-то полезное и прикарманила себе. - Надеется, что на ум собеседник не тугой и поэтому говорит пока подробно. Они знакомы не слишком долго.
- Ты Йен, верно? Кто ты среди мародеров? Разведчик? Мне будет полезнее наладить с тобой общение, нежели ссориться.
Хорошая игра. Но теперь дело вовсе не в воде. Сама судьба свела их у этого жидкого камня преткновения для обсуждения вопросов насущных. Это что-то выше потребности в питье, это даже важнее жизни в убежище или вне его. Самые зачатки торговых отношений.
Агрессия тут ни к чему. Зой играет на положительных чувствах, пока ее непосредственно не схватят за шкирку, а вот там, после лести, уже подбирается индивидуальный план выживания. Посмотрим, чем это всё обернется.

+2

6

- Я могу предложить тебе партнерство, вместо того чтоб ловить арматуру лицом?
Йен сдержанно улыбнулся. Что может быть лучше, чем встреча с человеком, который воистину понимает суть вещей? Он осторожно кивнул, не уверенный в равной степени как в том, что сможет въехать ей арматурой в лицо, так и в том, что не сможет.
- Я одна, потому что не нужно следить за всеми глазами. Я одна, потому что я быстрее. И я хотела тишины. - слова подозрительного человека из уст отшагнувшей от опасности назад дамы. Это намек на то, что она убежит? Или предупреждает, что её не догнать? А что будет если она убежит? Растрезвонит о том, что здесь мародер? Один-одинешенек (спасибо Брук)? И она с этой толпой надругается над избитым телом, завершив день Мыши словами "и чтоб я больше тебя не видела!"? Нет, спасибо.
На сколько её слова стоят доверия? Не все же такие как Йен - говорят правду и только правду и дрочат на истину. Есть люди другого сорта, которые дрочат на ложь и провокацию, обмазываются лицемерием, закидывая ноги на чужие чувства, чтобы смочь кончить себе на лицо, пока его не застукала совесть.
Эгвинн не торопится опускать арматуру, считая что так он выглядит внушительно. Не таким хлипким, каким на самом деле является, но и не таким грозным, каким хочет казаться.
- Я не до того преданна своей группе, не готова умирать ради литра воды, так что могу отдать тебе бутылку. Но без ничего остаться тоже не могу, они подумают что я нашла что-то полезное и прикарманила себе.
Она действительно говорит правду или всего лишь усыпляет бдительность англичанина, кормя его словами, которые он хочет слышать?
Вообще-то Йен тоже не готов бить кого-бы-то-ни-было арматурой за литр воды. Компромисс?
Он внимательно слушал рыжую, впитывая каждое её слово и подвергая это каждое слово сомнению. Не та обстановка, не тот момент встречи, чтобы оценивать её фразы как-то иначе, чем подвох.
- А ты хороша. - искренне говорит он. Кто, как не информатор, будет ценить людей, знающих толк в торговых отношениях?
- Ты Йен, верно? Кто ты среди мародеров? Разведчик? Мне будет полезнее наладить с тобой общение, нежели ссориться. - Йен кивнул на свое имя, но умолчал о том, кем является. Но арматуру припустил. Ему нравится как она говорит. Пожалуйста, говори еще.
- А мне будет полезно налаживать общение с тобой? - конечно да, упырь! Но стоило выслушать что скажет эта торговка. Оооо это чувство азарта. Вот-вот они начнут называть друг другу условные цены, а на кону - литр воды. Что она попросит взамен? Сможет ли Йен ей это дать? Будоражит, воистину возбуждает.
Зеленые глаза парня чуть ли не искрятся, но он придерживается первого впечатления - парня, влетевшего с арматурой наперевес, стараясь сдерживать нагло вылезающую на лице азартную улыбку.

+1

7

Нет. Зой. Нет. Поддавайся.
Нельзя отвергать игру только потому, что тебе не претит идти на такой риск. Прощупай почву, попробуй подлизаться. Мягкими лапками топчи по телу в поисках жизненно-важных органов, в которые потом вонзишь когти. Но сейчас, нет. Сейчас осторожно. Сейчас нельзя переводить инициативу, оставить основные решения за ним. Он должен лишь думать, что решает всё сам. А как создать такую иллюзию, когда он говорит так мало? Держит информацию, будто на ней только и живет.
Обычные люди в диалоге рассказывают обо всём. Зой попыталась соответствовать, и четко, подробно, как для имбецила, рассказала, почему она может отказаться от воды и почему отказываться от нее ей не стоит. Дебаты.
- А ты хороша. - Одна из ниточек, держащих голову рыжей вертикально лопнула, и голова упала на одно плечо. Как у собак, не понимающих, чего от них пытается добиться хозяин. Она не крыса, она собака. Дрессируй ее.
Сиськи ему показать за воду? А дальше что? Дать ущипнуть за сосок взамен банки шпрот, петтинг за вяленое мясо, минет за риталин. Нормальное такое общество. Не все потянули бы торговые отношения новой эры. В конце-концов, в убежище есть дети и бабули всякие, которые тоже хотят кушать и обустраиваться. Йен-торговец-педофил-геронтофил. Берет только натурой.
Зоуи отходит назад, упирается ягодицами в столешницу, без рук заползает на нее и подтягивает ноги вверх, не скрывая боли в боку, складывая их по-турецки. Неудобно немного, но может это немного успокоит Йена? Докажет в последний раз, что бутылка не отойдет никому, пока ее судьба не решится словесно. Бам! Приговор подписан! Ну или что-то вроде того... Тем более и из этой позы Зой могла попытаться схватить воду и удрать. Правда расстояние, на которое она бы опережала светловолосого наверняка равнялось бы длине арматурины. А это не выгодно. У девочек аллергия на побои.
- Не знаю, это тебе решать, - закрыла глаза, пожала плечами, со сложенными на груди руками и снова открыла глаза, - я мало чего могу предложить, у нас под землей общак, ты знаешь. Но могу сходить с тобой на общую разведку и накопить нужных штук, если хочешь торговать ими. - Манера его речи похожа на ту, с которой прощупывают покупателей, мол, сколько у него денег, посоветовать ли ему остатки или самую дорогую модель? Вот и ирландская девка решила, что Йен захотел бы набрать больше всякой мелочи для обмена.
- Если найду медикаменты, то буду сливать к вам, на склад. Как тебе идея? - Она еще изгибает брови в неуверенности, перенося взгляд с края палки на глаза собеседника. Успеет ли увернуться, если Йен вдруг слетит с катушек и просто начнет без разбору крушить всё вокруг? Шанс большой, но только если она останется так же внимательна и осторожна. Позади окно. Этаж первый. Можно будет откатиться чуть в сторону и вылететь в него, жертвуя уже затягивающимися швами, а можно будет спрыгнуть к его ногам, где он не сможет среагировать и ударить.
Но предложение выгодное, согласитесь? Воды в убежище полно, эта бутылка почти ничего не стоит для подземных и стоит очень дорого для мародеров. Белобрысый всегда может внести правки в договор.

+1

8

- Не знаю, это тебе решать
Йен размечтался.
Что же ему попросить у Санты в этом году? Ах, да! Ничего. Ведь Санты не существует. И даже эта милая леди едва ли сможет дать то, что нужно Йену.
- я мало чего могу предложить, у нас под землей общак, ты знаешь. Но могу сходить с тобой на общую разведку и накопить нужных штук, если хочешь торговать ими.
"У нас под землей общак" - говорит она. Словно ей это не нравится. Если ей это так не по душе, зачем тогда осталась? Йен окинул взглядом рыжую с головы до ног и обратно. А, она просто не может защитить себя?
Вторая часть фразы вызвала немой вопрос: "зачем ей идти с ним, если он с тем же успехом это сделает сам?". Да, одному жизненно опасно и все прочее, но не опаснее ли довериться вот этой уступчивой леди? Кому еще она уступала до этого и в чем? На сколько глубока её чернота?
Йен молча впитывал и думал.
- Если найду медикаменты, то буду сливать к вам, на склад. Как тебе идея?
- К нам? - Йен поморщился. - Мне. - поправил её. Помолчал несколько секунд и нахмурил брови.
- Я и малейшего представления не имею как пользоваться медикаментами, которые ты мне будешь давать. Пластырь, бинт и спирт - дело ясное. Остальное для меня - мистика. - честность наше все. Он с искреннем сожалением посмотрел в глаза Зоуи, словно извиняясь, что не смог угодить ей в этом довольно смелом предложении.
- Я бы мог просить меня "чинить" время от времени, если понадобится? - с толикой грусти о том, что пришлось признаться в своей бесполезности самому себе. - В обмен на любые товары из моего будущего ассортимента?
Никакой гарантии нет, что она тоже умеет пользоваться медикаментами, но женские руки в этом деле всегда лучше собственных.
Йен отошел к бутылке воды и взял её в руки, после чего вернулся ближе к Зоуи.
- А сейчас... Ты мне - бутылку, я тебе - немного доверия. - пауза, прощупал почву. - Доверие в карман не положишь, понимаю, но это будет прочный фундамент нашим отношениям. - с этими словами от отбросил арматуру в сторону, искренне надеясь, что за плечами рыжей сейчас не появится толпа дуболомов из убежища, она не вскочит и не вдарит ему с вертухи, забрав воду и убежав.
- Если все действительно так, как ты говоришь и тебе выгоднее со мной наладить общение... - так и не закончил мысль. Протянул руку для рукопожатия. - По рукам?
О, как же сильно он рискует ради будущего своей шкуры.
Чуть отвел уверенную руку для закрепления "сделки" в сторону, добавив: - Ты все еще можешь внести правки в наш договор.

0

9

По струнам головы снова пробежалась чья-то аккуратная рука с длинными пальцами и Зой поежилась, разгоняя щекотные мурашки с затылка. Значит, "мне"? Значит, будет держать в тайне знакомство с рыжим бегунком? Или просто не станет делиться? Кто мы теперь? Воображаемые наркобароны или "толкалы" из подворотен. Что урвал - то продаю. Диллеры и без того безрадостного мира.
Решил попросить о мед. помощи из-за знаний Зоуи о таблетках? Или догадался об образовании? Кто из нас хитрит, белобрысый? Почему как только ты оказался здесь, появилось столько вопросов?
Крип.
Теперь ее очередь молчать и анализировать. Она итак исчерпала свой лимит слов на сегодня. Выдвигает ящики из под столешницы, на которой сидит и осматривает ложки среди пыли. Они ей не нужны. И она не возьмет их. Хоть с чем-то в этом мире просто.
Провожает взглядом Йена, сходившего за водой и напрягается еще сильнее. Ей не нужна эта вода, но и он может предпринять "что-то из ряда вон". Но он выбросил арматуру. Завоевал ли он хоть каплю ее доверия? Ммм...может быть. То, что он мог удержать эту палку значило только то, что он мог в любой момент накрошить рыжую курицу в Цезарь. Но он не стал делать этого.
Почему? Идиот? Честный? Наивный? На идиота не похож - думает больше чем говорит. Честным можно и не быть, но можно казаться им. Честность проверить только на детекторе лжи можно, а он наверняка просто играет с жертвой, прежде чем окажется с ножом за спиной. Наивность же с жаждой наживы, убийств и власти вполне может сочетаться. Вчера отобрали у него леденец, - сегодня он поджег твою жену. Люди разные.
Удобное соглашение: что-то не настолько нужное за что-то воображаемое. Да, сероглазая знала толк в толчении пиздежа, но менять слова на слова, - слишком старомодно. "Я люблю тебя,"; "Я тоже"; и продолжаете тайно ненавидеть друг друга.
Где бы подловить его и вытащить соглашение на свою сторону? Или, можно на его базе утаптывать себе местечко у складских. Или закопать его, загрызть, разодрать ногтями грудину до сердца. Трудно выбрать. Можно продолжать поддаваться ему, сливать мелочи, искать с ним то, что нужно именно мне. Бутылка воды, медикаменты, сестринское дело взамен на... что? Согласна.
Всё еще поменяется. Его доверие перерастет подозрительность, он станет задумываться, почему Зой так уступает и начнет сам предлагать обмены в убыток себе. Есть и такой шанс.
Невозможно продолжать анализ анализа и разговоры о разговорах. Нужно просто сократить количество результатов до двух, в зависимости от решений: если она согласится и если - нет. Если пойдет на такую уступку - останется ни с чем в пустом ожидании; если откажется - останется ни с чем в перманентном выживании. Мало разницы.
Подозрительный взгляд, долгая, почти бесконечная пауза. Она смотрит ему в глаза, прищурившись, и ждет. Он либо совсем не хитрит, либо лжет в каждом слове.
- Посмотрим, что из этого получится. - Пожала руку, всё еще неуверенная в том, к чему это всё приведет. Взгляд ее стал как радиоактивное излучение: особенно пронизывающим. Сможет ли она обвести вокруг пальца и его, жертвуя водой? Или это он думает, как хорошо договорился лишь в свою пользу? Может, прочесть что-то в его движениях? Ох уж эти постапокалиптические отношения. Ни валют, ни жалости к себе, ни потреблядства. И как нам торговлю строить в таких условиях?
Как ни в чем не бывало слетает со столешницы и перемахивает обратно в межкомнатное окно. Что можно сделать, чтобы этот договор не остался ничем?
- Через неделю, у станции метро. Пойдем на совместную разведку. Доверие проверяется в действии. Экстремальная обстановка, так говорят? - Подмигнула и улыбнулась. Мол, смотри какая я убедительная. И исчезла. Убежала домой. А когда прибежит, скажет что весь остальной дом наполнен теми же предметами, и ничего особенного там нет. Не оставит же новый знакомый бутылку на кухне, подставляя ее? Так может делать только она сама.

+1


Вы здесь » RIDDLETOWN » Архив эпизодов » [52 день] Я вас не звал. Вода моя.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC